PINT OF GUINNESS
дублин, осень, 2015 год, 18+
Когда я готовился покинуть свои апартаменты в Темпл-Баре, я вдруг понял, насколько сильно буду скучать по Ирландии. Там очень своеобразный темп и образ жизни, какого больше не увидишь ни в одной стране. Почти так же, как швейцарцы, французы и испанцы, ирландцы делают большой акцент на получение удовольствия от жизни. Но пока швейцарцы строят банки, французы снимают кино, а испанцы устраивают свои нелепые сиесты, ирландцы пьют. Это краеугольный камень их национальной специфики.
ERIC
live:der.hinkende.satan
:: NICK
degrimm
:: ELLE
pressure_point_
Фэлану кажется, все предельно просто. Нет, в самом деле. Если ему нужен по-настоящему верный человек, от которого невозможно ждать предательства и ножа в спину, он должен приложить руку к его созданию. Формировать новую личность не труднее, нежели ваять кувшин, сминая в пальцах податливую глину. Читать дальше...

Pint of Guinness

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Pint of Guinness » Настоящее » if we die young


if we die young

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

http://funkyimg.com/i/23n2j.gif
Mikky Ekko – Who Are You, Really?

у Эрика есть вопросы; найдутся ли ответы у Инис?

Eric & Inis;
съемная дублинская квартира Инис и ее почившего соседа;
3.10.15

+1

2

Фэлан ничего не произносит вслух; держит лицо, вежливо соглашаясь с его аргументами, но Эрик все равно подозревает, что брат ему совершенно не верит. Там, где он сам видит стройную систему и закономерности, Фэлан находит лишь малозначимую череду совпадений.
Дилеры, говорит брат, имеют такое замечательное свойство — периодически подыхать.
Не забивай себе голову.
У тебя и без того полно работы.

К черту работу, рычит Эрик, но послушно закрывает тему: опыт подсказывает, что в таких вопросах помощи ждать неоткуда. Семье проще поверить в надуманный диагноз и параноидальный психоз, чем открыть глаза на очевидную правду. Они предпочитают соглашаться с врачами и тактично интересоваться, где он хранит свои таблетки (в помойном ведре, догадаться нетрудно). Эрик, как и всегда, остается наедине со своими подозрениями, чрезмерно активным внутренним голосом — изредка, голосами, — и планами.
Детективных способностей и навыков ищейки у него, как ни крути, нет. Связи в полиции, как всегда, ненадежны, а доверяет Эрик только самому себе — и, пожалуй, Даре, но посвящать ее в суть происходящего все-таки не торопится. Хрупкая, изящная до последнего жеста Дара должна пересекаться с его миром как можно реже, и только в виде безликой документации. Будь на то его воля, и Эрик бы давно заставил жену найти работу попроще: поставить жесткий ультиматум ему мешает лишь безграничное уважение к ее личному пространству.

Первым делом он решает наведаться к единственной проходящей по делу свидетельнице, о существовании которой узнает из все тех же полицейских отчетов: информаторы Кэллахана существенно облегчают (или усложняют, это уж как посмотреть) ему жизнь. От них Эрик получает сведения и о самом факте убийств, и о некоторых подробностях, которых, к сожалению, до обидного мало. Хорошо, что хотя бы адрес известен ему заранее.
Район на окраине города, где находится искомая квартира, нельзя назвать зажиточным; приходится ориентироваться по навигатору, потому что об этой части Дублина Эрик имеет лишь самое смутное представление — по рабочим нуждам его заносит в подобные места нечасто, а желания просто так посещать спальные кварталы у него нет и подавно. Личные визиты к дилерам никак не входят в сферу компетенции Эрика.
Ну или до сих пор не входили.

На лестничной клетке пахнет выпечкой и кошками; не считая навязчивых запахов, парадная выглядит вполне пристойно — кто-то даже выставил на подоконнике цветочные горшки. Эрик останавливается перед дверью без номерного знака и, сверившись с часами, нажимает на кнопку звонка. Открывают ему не сразу: он успевает заскучать, позвонить еще раз и собирается стучать, когда слышит изнутри какой-то шорох.
— Мисс О'Ши? Мне нужно задать вам несколько вопросов, — а вам не помешало бы на них ответить; Эрик поднимает ладони не то в жесте приветствия, не то для того, чтобы продемонстрировать: оружия у него при себе нет.

Или есть, но не в руках.

+1

3

Инис уже давно не девять, но она все еще ненавидит дни рождения. Этот выдается особенно неудачным - последние несколько ночей Инис с трудом удается заснуть, ей все кажется, что придут и за ней тоже. Когда все же получается погрузиться в сон, ей раз за разом снятся мертвый сосед и странные фигуры, похожие на клоуна из какого-то фильма ужасов. Инис кричит, просыпается, утыкается лицом в подушку и лежит, пока сердце не успокоится. Затем снова пробует заснуть и все повторяется. Она пропускает уже который день в баре, выключает телефон и даже не пытается переустановить отформатированный ноутбук.
Утро третьего октября Инис встречает на полу, закутавшись в одеяло и мрачно глядя в стенку перед собой. Она уже почти готова потратить кое-что из наркоты на саму себя, чтобы полегчало хотя бы на пару часов, но боится, что в галлюцинации тоже придут сосед и клоун, только проснуться не получится. К тому же, как она успела подсчитать уже раз пять, запас у нее удручающе мал - рано или поздно придется искать нового поставщика, потому что Инис не представляет себе, как сказать клиентам, что чудо-таблетки закончились. И лучше бы искать пришлось позже.
Если бы на свете и в самом деле существовали феи, сейчас бы они очень пригодились. Инис закрывает глаза и представляет себе, как королева фей приходит, улыбается своей понимающей и мудрой улыбкой, протягивает руку и уводит Инис за собой, по третьей дороге - той, что поросла дикими розами и боярышником, по которой ходил еще Томас Лермонт. А там, в конце пути, волшебная страна, с чистыми озерами, высокими горами, ласковыми зверями... Инис открывает глаза снова и тянется за сигаретой. Фей не существует. На свете бывают наркотики, секс и много вранья. И никаких блядских фей.

Когда в дверь квартиры звонят, Инис обнаруживает себя на полпути к спасительному шкафу раньше, чем успевает сообразить, что вряд ли убийцы соседа заявились бы сюда средь бела дня. Она осторожно выбирается из комнаты и прислушивается к происходящему за входной дверью. Разговоров не слышно - должно быть, пришел кто-то один. Когда вдвоем приходят, чаще болтают, пока ждут ответа. Может, полиция опять? Хотя они-то обычно ходят парами.
Инис отползает от двери и натягивает кеды, стараясь поменьше шуметь. Если придется убегать, лучше это делать в обуви. Надо было догадаться и собрать сумку заранее, чтобы всегда можно было быстро слинять, но уже не додумалась, поэтому Инис только запихивает кошелек в карман брюк. У нее почти нет наличности, а чтобы получить новую, надо появиться на работе. А уж там-то ее будут искать в первую очередь, она уверена.
Звонят снова и Инис мысленно повторяет про себя трюк, который показывают в фильмах. Открыть дверь, спрятаться за ней, а когда гость - или все же гости? - пройдут в коридор, быстро выскочить на лестничную клетку и захлопнуть дверь за собой. Пока будут возиться, открывая, она уже спустится вниз. Бегает Инис быстро, а уж когда страшно - и вовсе.
Инис привстает на цыпочки, заглядывая в дверной глазок. Мужчина там только один и это немного успокаивает. Он говорит что-то про вопросы и поднимает руки. Инис кивает сама себе - открыть, спрятаться, выскочить, захлопнуть. Звучит очень просто.

Инис отпирает замок, сама удивляясь, что пальцы нисколечко не дрожат, а затем нервы сдают окончательно и вместо того, чтобы спрятаться и выскочить, как планировала, Инис замирает на месте, смотрит на посетителя настороженно. Он совершенно не выглядит безобидным и это ее очень тревожит - выскакивать уже поздно, а что делать, если он и в самом деле пришел ее убивать, Инис не знает. Нестерпимо хочется курить.
Инис сглатывает и говорит на удивление нормальным голосом:
- Проходите. Чай будете?
Она надеется, что он пьет чай и еще больше надеется, что сможет его на кухне найти. До магазина Инис в последние дни тоже не добиралась, поэтому запасы продуктов в квартире изрядно уменьшились. Но чай и какие-то крекеры, уж верно, можно будет отыскать.
"Это даже иронично", - думает Инис, показывая дорогу на кухню. "Наркота в доме есть, а еды нормальной не найти."

+1

4

Дверь и в самом деле открывает женщина, только значительно младше, чем он предполагал, когда ехал к потенциальной свидетельнице, зная о ней лишь имя. Девчонка, скорее; совсем юная — навскидку Эрик может дать ей от восемнадцати до двадцати двух, с акцентом где-то посередине, — красивая, белая, как полотно, от страха. Безумно похожая на Дару, какой та была на момент их свадьбы. У Эннис — так, по крайней мере, она записана в полицейском отчете, — точь-в-точь такие же яркие глаза.
Эрику приходится мысленно себя одернуть, чтобы вспомнить о цели визита. Миниатюрная копия Дары тем временем хлопает ресницами и отходит на пару шагов назад, не то приглашая таким образом внутрь, не то пытаясь увеличить разделяющее их расстояние. Стоя поодаль, напряженно съежившись — будто и в самом деле готовится к прыжку, — она явно демонстрирует, что находится не в своей тарелке. И, тем не менее, Эрику чудится какая-то внутренняя агрессия; эдакая невидимая пружина, которая в любой момент распрямится и даст толчок к действиям.
Подумав, он решает, что провоцировать девицу пока не стоит. Даже ради спортивного интереса.

— Нет, — уголок губ судорожно дергается, но больше Эрик ничем себя не выдает. Эннис, скорее всего, просто-напросто везет: предложи она ему сразу чашку — и содержимое спустя мгновение оказалось бы, в лучшем случае, на ее собственной голове; независимо от температуры и дальнейших последствий. А так — ему почти удается сдержать себя в рамках приличия. Легкая гримаса не в счет.

— Но себе все-таки завари, — подсказывает — приказывает — Эрик, механическим жестом вытягивая из кармана упаковку влажных салфеток. Пока Эннис, стараясь не оборачиваться каждую секунду, неторопливо ведет его в кухню, он успевает протереть руки, убрать использованную салфетку в пластиковый пакетик и затолкать все обратно. Выпечкой — в этом он убеждается очень быстро, — явно пахнет из другой квартиры. По понятным причинам Эрика сей факт ни капли не расстраивает.

— Ты ведь понимаешь, что я не из полиции, верно? — тоном, не подразумевающим возможность отрицательного ответа, интересуется он и умолкает; опирается поясницей о подоконник, не касаясь его ладонями, и продолжает говорить лишь после утвердительного кивка.

— Будем считать, что мы с Джонни были хорошими друзьями. Вели кое-какие совместные дела. Его смерть меня очень опечалила, — на каменном лице Эрика нет ни единого намека на хоть какую-нибудь эмоцию; голос — бесцветный и тихий, — тоже начисто лишен интонаций. Тем не менее, Эннис кивает вновь, подтверждая, что видит и понимает его чудовищную скорбь.

Либо сообразительна, либо настолько боится. И в том, и в другом случае — не дура совершенно точно.

+1

5

Инис кивает в ответ на все, как будто разучилась говорить - да, она заварит себе чай. Да, она понимает, что посетитель не из полиции. Да, она поняла, что посетитель очень опечален смертью соседа. Это даже было некоторым облегчением, молчать и не решать прямо сейчас проблему собственного выживания. Потому что уж слишком сомнительным становилось это выживание - у Инис мало что работало, как полагается, но уж опасных людей от неопасных ей своего часу пришлось научиться. От этого почти что пахло опасностью - даже и подходить близко не надо, чтобы учуять.
Инис и не подходит. Таращится из своего угла кухни, заваривает себе чай и пьет, обжигая губы и сглатывая болезненное шипение. Она даже в чем-то благодарна посетителю, что он отошел к окну. Надо бы предложить ему стул, но Инис считает, что человек, который спокойно командует ей заваривать чай, уж как-нибудь сам разберется с табуретом. Приглашение ему очевидно не требуется.
Сердце потихоньку успокаивается, а чай делает свое дело - Инис чуть расслабляется, самую малость, она все еще готова броситься к двери - дай только повод. Но повода пока нет, а в монотонном голосе собеседника - собеседника ли, он ведь один только и говорит - не слышно ничего, похожего на сигнал к немедленному бегству.
После пары глотков Инис решает, что раз уж ее пока не убили, можно попробовать вникнуть в то, что посетитель сказал. Они с соседом были хорошими друзьями и вели совместные дела. Насколько Инис соседа знала, законных дел у него не было. Наркота, еще наркота и еще немного наркоты. Никто, конечно, не исключал вероятности того, что сосед на полставки подрабатывал составителем учебников по английской литературе, но в это Инис не особенно верит. Значит, посетитель тоже имеет какое-то отношение к чудо-веществам. Тоже поставщик или крупный клиент? Инис не решается спросить и даже не уверена, что хочет знать. Узнай он, что от соседа остался еще небольшой запасец - может решить отобрать. Зачем бы ему платить какой-то девчонке? И Инис прекрасно осознает, что и шагу не сделает, чтобы ему помешать, ей иррационально не хочется становиться на пути у этого человека.
Инис внезапно становится еще неуютнее - она представляет себе, что неназвавшийся посетитель и в самом деле решит забрать весь запас. За комнату, конечно, заплачено вперед, но как появиться на работе без чудо-таблеток? Нет никаких шансов, что ей удастся найти нового поставщика за сегодняшний вечер. Да и за завтрашний тоже, если предположить, что завтра она тоже не появится в баре.
Инис шарит в буфете, находит бутылку виски и добавляет немного в чай. Делает глоток и морщится.
- Блядская отрава. - еле слышно шепчет себе под нос Инис и отставляет кружку в сторону. Она не любит виски, а в чае он и вовсе тошнотворен, но ей просто необходимо успокоиться.
Инис не предлагает гостю еще и виски - хватит с него одного чая, от которого он отказался. Захочет - сам возьмет, видел же, куда Инис убрала бутылку.
Она все еще не понимает, чего посетитель от нее хочет.
И ей все еще страшно.

+1


Вы здесь » Pint of Guinness » Настоящее » if we die young


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC